| Андрей Моисеев ( @ 2007-05-01 03:38:00 |
Презентация сборника "ОБЩАЯ ТЕТРАДЬ" в ЦДЛ
.
Вообще-то слово «презентация» меня обычно пугает. Но тут так получилось: Майк Этельзон
mike_etelzon, живущий в Нью-Йорке, отправил мне в подарок свою книгу Под созвездием Рака. Привезла книгу в Москву Элла Титова (Майка), и мы договорились, что я заберу ее (книгу) у нее (Эллы) на презентации антологии русских поэтов Северной Америки «Общая тетрадь». Вот таким образом я, можно сказать, случайно оказался в Малом зале ЦДЛ на вечере, который вели Римма Казакова и один из двух составителей антологии Михаил Ромм.
Римма Федоровна Казакова – если не живой классик, то поэт того поколения, которое завоевало известность еще до моего рождения. В отличие от многих, ей удалось пронести через долгие годы ясность рассудка и терпимость к окружающей действительности. В течение вечера Римма Казакова успела «осветить широкий круг тем» – от реакции телеведущих на смерть Ельцина до имущественных проблем Союза писателей Москвы, который она возглавляет. Многие ее суждения, на мой взгляд, были спорны, но надо отдать должное – Римма Федоровна возмущалась без озлобленности, делилась своими обидами без осуждения, критиковала без обличения. И при этом ей удавалось постоянно держать в руках главную тему – она говорила об Америке, о России, о соединяющих их «мостиках», о тесной взаимосвязи между людьми, думающими на одном языке, какие бы границы и океаны их ни разделяли.
Слушая Римму Казакову, я вдруг подумал: а помню ли я наизусть хоть одно ее стихотворение? Оказывается, помню «Парус» («Веселый флаг на мачте поднят, как огонек на маяке…») – текст бардовской песни, положенный на музыку Александром Дуловым. Слушая и напевая эту песню, я всегда полагал, что ее авторы – люди из другого мира, совершенно недосягаемые объекты, а тут – пожалуйста, хоть руками трогай. Но дальше – больше: в какой-то момент Римма Федоровна предоставила слово поэтессе Татьяне Кузовлевой, и пока та выступала, в голове у меня звучала ее песня «Истина» («Этот город называется Москва, эта улочка, как ниточка узка…») – на музыку Сергея Стеркина. А Татьяна Кузовлева тем временем рассказывала о своем товарище, поэте Петре Вегине, который в 70-х – 80-х годах был известен в СССР почти так же хорошо, как Андрей Вознесенский. В 89-м он эмигрировал в Штаты, и сейчас трудно и не вполне благополучно живет в Лос-Анджелесе. Петр Вегин – один из участников антологии, а для меня – в первую очередь, автор слов прекрасной бардовской песни «Светает» («Светает от твоих волос, светает… Как будто бы стволы берез взлетают…»). Удивительно, но факт: ровно три недели назад я слышал эту песню в исполнении автора – композитора Сергея Смирнова, столь же случайно оказавшись на его концерте.
И еще одно знакомое мне бардовское имя не раз звучало на вечере – Катя Яровая. Вот уже почти 15 лет ее нет в живых, а в этом году исполняется 50 лет со дня ее рождения. Нам удалось услыхать не только ее стихи, вошедшие в антологию и прочитанные другими, но также одну из Катиных песен в авторской записи. А уже под занавес неожиданно для большинства присутствующих к микрофону вышла сестра Кати и рассказала о предстоящем концерте, выпуске дисков и других событиях, приуроченных к круглой дате.
Состоявшийся вечер наглядно показал, что «мостики» о которых говорила Римма Казакова, а за ней и другие выступавшие, переброшены не только между материками, но и между разными поколениями «пишущих в столбик». Так, поэт 70-х Петр Вегин соседствует под одной обложкой с авторами 21-го века; Татьяна Кузовлева, всю жизнь публиковавшаяся в толстых и тонких журналах, рассказывает об авторах, обитающих преимущественно в Интернете; песни Кати Яровой поет ее дочь, тоже Катя. Отмечая эти факты, действительно начинаешь верить в то, что люди, волею обстоятельств разбросанные по всему миру, на самом деле связаны друг с другом множеством нитей, образующих общую сеть.
Честно говоря, я тоже ощутил себя частью этой сети, открыв оглавление «Общей тетради» (а сделать это удалось только на обратном пути). Тут-то и выяснилось, что из шестидесяти авторов антологии семеро являются моими виртуальными друзьями, еще четверо – друзьями моих друзей; еще пятеро знакомы мне по сайту «Рифма.ру» и еще пятеро – по «Живому журналу», в частности, по публикациям в сообществе
litkonkurs_ru. Но самым большим сюрпризом оказались стихи Татьяны Щеголевой
scheglenok, которая уже давно перешла из категории виртуальных в реальные друзья, несмотря на разделяющие нас многочисленные километры.
В заключение хочется выразить признательность Михаилу Ромму, который не только с большим вкусом и тактом составил 500-страничную книгу (совместно с Борисом Штейном), но и покорил пришедших в ЦДЛ своим обаянием, интересным рассказом о работе над «Общей тетрадью» и прекрасно прочитанными стихами – как собственными, так и чужими.
Конечно же, мое отдельное спасибо Майку Этельзону за подаренную книгу и «отсылку» меня в ЦДЛ, а Элле Титовой – за доставку подарка и автограф на своей страничке.
Осталось добавить, что «Общая тетрадь» вышла тиражом 1000 экземпляров в издательстве Эвелины Ракитской и Анатолия Богатых «Э.РА» и будет продаваться во всех главных книжных магазинах Москвы.
Выступает Татьяна Кузовлева
Михаил Ромм
Элла Титова (Майка), Анатолий Рублев и Римма Казакова
предыдущий отчет
.
Вообще-то слово «презентация» меня обычно пугает. Но тут так получилось: Майк Этельзон
Римма Федоровна Казакова – если не живой классик, то поэт того поколения, которое завоевало известность еще до моего рождения. В отличие от многих, ей удалось пронести через долгие годы ясность рассудка и терпимость к окружающей действительности. В течение вечера Римма Казакова успела «осветить широкий круг тем» – от реакции телеведущих на смерть Ельцина до имущественных проблем Союза писателей Москвы, который она возглавляет. Многие ее суждения, на мой взгляд, были спорны, но надо отдать должное – Римма Федоровна возмущалась без озлобленности, делилась своими обидами без осуждения, критиковала без обличения. И при этом ей удавалось постоянно держать в руках главную тему – она говорила об Америке, о России, о соединяющих их «мостиках», о тесной взаимосвязи между людьми, думающими на одном языке, какие бы границы и океаны их ни разделяли.
Слушая Римму Казакову, я вдруг подумал: а помню ли я наизусть хоть одно ее стихотворение? Оказывается, помню «Парус» («Веселый флаг на мачте поднят, как огонек на маяке…») – текст бардовской песни, положенный на музыку Александром Дуловым. Слушая и напевая эту песню, я всегда полагал, что ее авторы – люди из другого мира, совершенно недосягаемые объекты, а тут – пожалуйста, хоть руками трогай. Но дальше – больше: в какой-то момент Римма Федоровна предоставила слово поэтессе Татьяне Кузовлевой, и пока та выступала, в голове у меня звучала ее песня «Истина» («Этот город называется Москва, эта улочка, как ниточка узка…») – на музыку Сергея Стеркина. А Татьяна Кузовлева тем временем рассказывала о своем товарище, поэте Петре Вегине, который в 70-х – 80-х годах был известен в СССР почти так же хорошо, как Андрей Вознесенский. В 89-м он эмигрировал в Штаты, и сейчас трудно и не вполне благополучно живет в Лос-Анджелесе. Петр Вегин – один из участников антологии, а для меня – в первую очередь, автор слов прекрасной бардовской песни «Светает» («Светает от твоих волос, светает… Как будто бы стволы берез взлетают…»). Удивительно, но факт: ровно три недели назад я слышал эту песню в исполнении автора – композитора Сергея Смирнова, столь же случайно оказавшись на его концерте.
И еще одно знакомое мне бардовское имя не раз звучало на вечере – Катя Яровая. Вот уже почти 15 лет ее нет в живых, а в этом году исполняется 50 лет со дня ее рождения. Нам удалось услыхать не только ее стихи, вошедшие в антологию и прочитанные другими, но также одну из Катиных песен в авторской записи. А уже под занавес неожиданно для большинства присутствующих к микрофону вышла сестра Кати и рассказала о предстоящем концерте, выпуске дисков и других событиях, приуроченных к круглой дате.
Состоявшийся вечер наглядно показал, что «мостики» о которых говорила Римма Казакова, а за ней и другие выступавшие, переброшены не только между материками, но и между разными поколениями «пишущих в столбик». Так, поэт 70-х Петр Вегин соседствует под одной обложкой с авторами 21-го века; Татьяна Кузовлева, всю жизнь публиковавшаяся в толстых и тонких журналах, рассказывает об авторах, обитающих преимущественно в Интернете; песни Кати Яровой поет ее дочь, тоже Катя. Отмечая эти факты, действительно начинаешь верить в то, что люди, волею обстоятельств разбросанные по всему миру, на самом деле связаны друг с другом множеством нитей, образующих общую сеть.
Честно говоря, я тоже ощутил себя частью этой сети, открыв оглавление «Общей тетради» (а сделать это удалось только на обратном пути). Тут-то и выяснилось, что из шестидесяти авторов антологии семеро являются моими виртуальными друзьями, еще четверо – друзьями моих друзей; еще пятеро знакомы мне по сайту «Рифма.ру» и еще пятеро – по «Живому журналу», в частности, по публикациям в сообществе
В заключение хочется выразить признательность Михаилу Ромму, который не только с большим вкусом и тактом составил 500-страничную книгу (совместно с Борисом Штейном), но и покорил пришедших в ЦДЛ своим обаянием, интересным рассказом о работе над «Общей тетрадью» и прекрасно прочитанными стихами – как собственными, так и чужими.
Конечно же, мое отдельное спасибо Майку Этельзону за подаренную книгу и «отсылку» меня в ЦДЛ, а Элле Титовой – за доставку подарка и автограф на своей страничке.
Осталось добавить, что «Общая тетрадь» вышла тиражом 1000 экземпляров в издательстве Эвелины Ракитской и Анатолия Богатых «Э.РА» и будет продаваться во всех главных книжных магазинах Москвы.
Выступает Татьяна Кузовлева
Михаил Ромм
Элла Титова (Майка), Анатолий Рублев и Римма Казакова
предыдущий отчет